Конституционный суд указал на пробел в регулировании приобретательной давности: норма Гражданского кодекса не отвечает на вопрос, можно ли складывать сроки владения при передаче имущества по договору.
Юрист Land Law Firm Кристина Мершон объяснила, почему суды годами приходили к взаимоисключающим выводам и как постановление КС меняет правила игры, в том числе для сделок с недвижимостью и земельными участками. Ее комментарий вошел в лонгрид Право.ru.
Обстоятельства дела
Поводом для обращения в КС стало дело индивидуального предпринимателя, который приобрел здание по договору купли-продажи и попытался признать право собственности в силу приобретательной давности, присоединив к своему сроку владения период предыдущего собственника. Четыре инстанции, включая Верховный суд, отказали: по их мнению, при сингулярном правопреемстве отсчет следует вести с момента купли-продажи, а период владения прежнего собственника — обнулять (дело № А05-2195/2024).
КС счел такой подход неразумным. Суд пояснил: имущество рискует выбыть из гражданского оборота, если давностный владелец не может передать накопленный срок новому собственнику по договору. Запрет на сложение сроков не дает бывшему владельцу никаких преимуществ — зачастую срок исковой давности на истребование вещи он уже пропустил.
Три подхода — ни одного единообразного
Проблема назревала давно, отмечает Мершон. Несмотря на разъяснения Пленума ВС и ВАС, которые прямо допускали сложение сроков при сингулярном правопреемстве, суды разделились на три лагеря.
Одни следовали букве закона и разъяснениям Пленума — складывали сроки при любом правопреемстве. Другие допускали сложение только при перемене лиц в обязательстве — например, при цессии или переводе долга, но отказывали при купле-продаже. Третьи занимали наиболее жесткую позицию: сложение сроков — исключительно при универсальном правопреемстве, то есть наследовании или реорганизации юридического лица.
«Существование трех взаимоисключающих подходов привело к тому, что судебная практика оказалась разрозненной, а правовое регулирование — лишенным необходимой определенности», — констатирует юрист.
Временный порядок и перспективы
КС признал п. 3 ст. 234 ГК неконституционным и обязал законодателя скорректировать норму. До внесения поправок действует временный порядок: сроки давностного владения складываются при переходе имущества по договору, если владение каждого из предшественников отвечает критериям добросовестности, открытости, непрерывности и владения как своим собственным. Бремя доказывания этих обстоятельств суд возложил на заявителя.
Мершон поддерживает позицию КС: постановление устраняет многолетнюю неопределенность и возвращает институту приобретательной давности его прямое назначение — возвращение имущества в гражданский оборот. В то же время юрист обращает внимание на риск чрезмерной казуистики: избыточная детализация правовых норм может привести к отходу от универсальных правил в пользу частных ситуативных предписаний. Однако в отсутствие устоявшейся практики такой временный и детализированный порядок Мершон называет оправданным.
По ее прогнозу, законодатель, вероятнее всего, воспроизведет временный порядок в законе — дополнит п. 3 ст. 234 ГК прямым указанием на возможность сложения сроков при сингулярном правопреемстве и закрепит требования к качеству владения каждого из предшественников.
